ПОЧЕМУ Я ПЛЮНУЛА В ЭФИРЕ
История о том, как самая известная ведущая на архангельском телевидении Изабелла Пацевич плюнула в эфире, стала «вирусной».
Не потому, что с ней случился этот казус.
Удивительным было то, что Изабелла Михайловна по указанию высокого начальства написала объяснительную. Рапорт был так и озаглавлен: «Почему я плюнула в эфире».
Дело было в 1992 году, и случилось это так.
Новостную программу под названием «Панорама Севера» тогда «выдавали» в прямом эфире. Ведущий в студии начитывал подводки к сюжетам. Время от времени эту говорящую голову закрывали видеовставками, при этом голос ведущего зачитывал синхронный текст.
На этот раз при монтаже программы произошла накладка. Сюжет одного из корреспондентов сократили. Наклеили кадры и забыли убрать его голос. Он успел начитать свой текст.
Решили, что сокращённый текст в эфире прочтёт ведущий. Всё шло по плану, и Изабелла Михайловна начала читать, но в этот момент зазвучал голос корреспондента.
Тут же ей дали команду из аппаратной: «Не читай!»
Она замолчала, но старательные ассистенты убрали и голос автора. Звук пропал. В эфире — тишина.
Тогда в студии прозвучала новая команда: «Читай!» Она начала читать, уже не попадая по смыслу в смонтированный видеоряд.
В аппаратной занервничали и снова включили авторский текст. Изабелле вновь скомандовали: «Не читай!»
И тут в сердцах уже взмокшая от бессмыслицы ведущая громко сказала: «Тьфу!»
К сожалению, этот новый текст услышали зрители.
Всякое бывало в прямых эфирах. Телевизионщики только набирали опыт. Вот реакция администраторов была неумной, а потому забавной. Начальству было важно прикрыть себя «бумагой» от гнева сверху.
Поэтому появились и другие объяснительные от ведущих эфира, о которых рассказывали шёпотом: «Почему я накрасила губы перламутровой помадой», «Почему я надела платье с бюстье» и т. д.
Ну и, конечно, это всегда добавляло шарма нашей новостной программе. Зрители просто ждали от нас очередную лажу… Иногда мы их радовали, ну и, конечно, потом писали объяснительные.
Шедевром была объяснительная, написанная рукой самого непререкаемого авторитета среди журналистов — выпускающего редактора Бориса Георгиевича Суфтина (БГ).
Он не пришёл на работу по известным всем причинам — накануне что-то отмечали до последней стадии. В этом состоянии БГ начинал читать Шекспира в оригинале и тут же переводить.
После этого Борис Георгиевич обычно один денёк пропускал. Относились к этому с пониманием и уважением.
В своей объяснительной наш неподражаемый редактор написал просто: «Не могу объяснить необъяснимое»…